ХLegio 2.0 / Армии древности / Войны Средних Веков / Битва при Воррингене (5 июня 1288 г.)

Битва при Воррингене (5 июня 1288 г.)

Д. Уваров

Данное описание сражения при Воррингене в 1288 г. дано по Вербрюггену. Основным источником является подробная "Рифмованная хроника" (Rijmkronijk) Яна ван Хеелу, но толкуют ее Дельбрюк и Вербрюгген по-разному.

 

Общий обзор

 

Всё началось в 1283 г., когда умерла бездетная герцогиня Ирмгард Лимбургская. Небольшое герцогство Лимбург позволяло контролировать торговый путь из Брюгге в Кёльн, т.е. из Фландрии (основного промышленного центра тогдашней Северной Европы) в Германию и поэтому было очень привлекательным. Возможных наследников было двое и около них образовались две коалиции. Первым претендентом был Рейнальд граф Гелдернский, консорт (т.е. "муж без права владения") покойной герцогини; император Рудольф Габсбург дал ему пожизненное (т.е. без права наследования) право на Лимбург. Его поддержал могущественный архиепископ Кёльна Зигфрид Вестербург, один из сильнейших правителей Западной Германии.

В 1288 г. Рейнальд Гелдернский продал свои потенциальные права на Лимбург графу Люксембургу, который тоже присоединился к коалиции. За спиной коалиции стоял Ги Дампьер, граф Фландрский (назначенный французским королем). В то же время ближайшим кровным родственником герцогини был Адольф граф Берг. Будучи слишком слаб, он продал свои права Жану I, герцогу Брабанта, богатому и агрессивному государю. Приобретя Лимбург, он стал бы сильнейшим феодалом в округе, что было не по душе архиепископу Кёльнскому. Жану Брабантскому удалось привлечь на свою сторону некоторых соседей своих врагов, в частности, графов Клеве и Юлиха; негласную поддержку ему оказывал и Флорис V Голландский (желавший навредить графу Фландрскому). Но в целом коалиция Жана I была явно слабовата.

Возможность изменить баланс сил представилась в 1288 г., когда горожане Кёльна восстали против своего архиепископа. Жан Брабантский тут же явился к ним на помощь и, по их просьбе, осадил замок в городе Ворринген. Владелец этого замка, стоящего на Рейне, взимал грабительские "пошлины" с проплывавших мимо судов бюргеров Кёльна. Архиепископ Зигфрид решил воспользоваться тем, что его враг зашёл так далеко вглубь вражеских владений и, к тому же, связал себе руки осадой. Он немедленно собрал союзников следующими словами "Кита прибило в нашу землю, и он уже так близко к стенам, что нужно только забросить сеть, чтобы поймать его. Он обогатит всю землю, но я не могу один справиться с этой громадной жирной тварью. Каждый должен поспешить, чтобы помешать нашей добыче бежать".

4 июня 1288 г.вся армия собралась между Кёльном и Воррингеном и состоялся военный совет. Утром 5 июня архиепископ отслужил мессу, отлучил от церкви герцога Брабантского и построил войско тремя отрядами, двинувшись на северо-запад вдоль Рейна. На правом фланге (у Рейна) был сам архиепископ с рыцарями Вестфалии и Рейнланда, в центре – граф Люксембург, слева – граф Гелдерн (голландцы). Основу каждого отряда составляли рыцари, усиленные легкой кавалерией; имелись также пешие городские ополчения из Рейнланда (Бонн, Андернах и т.д.) и Гелдерна. Вскоре Жан Брабантский узнал от разведчиков о приближении врага, отдал приказ трубачам строить войско к бою и, после мессы, выступил навстречу, чтобы вступить в сражение на открытой равнине, где могли бы действовать конные рыцари.

Первым эшелоном двигались брабантские войска, состоящие из 13 рот ("кампаний"), в каждой 1-4 "знамени": в 1-й сам герцог, его брат Годфрид и два племянника Сен-Поль с 11 французскими рыцарями, а также барон Бреда, во 2-й Ян Бертхаут с 3 знаменными рыцарями и т.д. (из сображений кратости опускаем начальников прочих "кампаний"). 13-я кампания включала 2 "знамени" из Лимбурга, более 100 всадников ("шлемов"), по Яну ван Хеелу. Сзади шёл 2-й эшелон армии герцога Жана, из людей графов Арнульфа Лооза и Вальрама Юлиха (это были немцы). Еще дальше сзади и несколько в стороне, у Рейна и близко к осажденному замку Ворринген, находился третий эшелон под командованием графа Берга. В него входили также 4 немецких графа помельче и городское ополчение Кёльна (т.е. повстанцы против архиепископа).

Перед битвой Жан Брабантский посвятил в рыцари ок. 30 сквайров из знатных семей. Несколько братьев Тевтонского ордена пытались примирить стороны, но безуспешно. Затем Жан Брабантский произнес речь, хваля храбрость своих рыцарей, их предков и т.д. и обещая лично сражаться в первом ряду, поскольку у него были лучший конь и вооружение. В отличие от многих других государей, перед боем передававших свои доспехи другим, чтобы не быть узнанными в бою, Жан Брабантский выехал при полном параде. Далее герцог сказал, что вассалы должны защищать его сзади и с боков, а спереди он обо всем позаботится, и если увидят его бегущим или сдающимся в плен, должны убить его сами. При герцоге было двое телохранителей, но ни один не ехал впереди него.

Герцог занял позицию на небольшом холме, справа окаймленном болотом, на дороге из Воррингена в Кёльн. 2-й эшелон его армии начал выдвигаться вперед, на место правого фланга, против гелдернцев. Сражение началось.

 

Численность сторон

 

По Хеелу, Жан I вступил в войну, имея 1500 "шлемов", т.е. рыцарей, сквайров и сержантов (легкой кавалерии). В более ранних походах у него было то 1000, то 1200, то 2000 воинов, причем только конницы. Хеелу утверждает, что основная армия Жана состояла только из брабантцев, кроме 40 французов из окружения братьев Сен-Поль. Однако тот же Хеелу упоминает и 100 лимбургских "шлемов"; непонятно, включает он их в общее число или нет. Наконец, по Хеелу, армия архиепископа имела на 1200 "шлемов" больше.

Вербрюгген высказывает сомнения по поводу этой численности, поскольку в 1338 г. герцог Брабанта (уже владевший всем Лимбургом) не мог собрать и 1200 всадников на помощь английскому королю. Но в целом он принимает численность брабантских войск в 1300-1500 всадников. Немецкие графы – союзники Жана I могли выставить 350 рыцарей, общую численность их войск Вербрюгген определяет в 700 всадников. Т.е. в целом в армии герцога было 2000-2200 конных воинов, внушительная цифра по тем временам.

Для армии архиепископа определить численность значительно сложнее. Вербрюгген определяет ее в 2200-2400 всадников, т.е. незначительно сильнее, чем у брабантцев, но эти цифры не соответствуют его же предпосылкам: архиепископ Кёльнский один не уступал по силе герцогу Брабантскому (а в 12 веке был сильнее), и у него были сильные союзники (в отличие от мелких немецких графов, примкнувших к брабантцам).

По Хеелу, в архиепископской армии должно было быть скорее 3,5 тыс. всадников (раз на 1200 больше, чем у герцога). Возможно, Вербрюггена сдержали цифры некоторых других хроник: так, Виллани дает для Жана I 1500 всадников, а для его противников всего 1300. Численность пехоты также трудноустановима; Вербрюгген определяет ее в 2-3 тысячи с каждой стороны без всякого обоснования (возможно, тут он впадает в привычный минимализм: один 40-тысячный Кёльн, вероятно, мог выставить больше).

 

Битва

 

Итак, герцогская армия имела 2 крыла против 3 полков архиепископа. Правофланговый полк архиепископа Зигфрида Вестербурга неожиданно отделился от основного строя и стал обходить герцогскую армию, явно рассчитывая ударить по малочисленным рыцарям графа Берга и мятежным бюргерам Кёльна. Берг немедленно послал к герцогу гонца с просьбой о помощи. Тактическим командиром ("надзирающим за битвой") брабантцев был граф Вирнебург; он посоветовал герцогу оставаться на месте и ждать, пока архиепископ расстроит свои ряды, перебираясь через канавы, и заодно подставит свой фланг. Однако герцог решил немедленно поспешить на помощь союзнику и одержать победу силой меча, а не благодаря канавам.

Архиепископ, увидев, что герцог движется навстречу, развернулся и стал широким фронтом сдвигаться к центру, наиболее ровное место (там дорога из Воррингена на юг делала развилку). Однако и войска Люксембурга и Гелдерна также стали сдвигаться к центру и образовали единую массу. Обе армии начали очень медленно сближаться на виду друг у друга.

Бастард Веземааль (телохранитель герцога) увидел, что порядок в архиепископской армии несколько нарушился и закричал радостно: "Мой господин, я вижу совершенно ясно, что они ничего не смыслят в военном деле. Давайте атакуем, у них вид, словно они разбиты, потому что их ряды уже сломаны". Но Раас из Гавера, лорд Лидекерке и Бреды (также входивший в 1-ю герцогскую кампанию) был не столь оптимистичен: "Я вижу, что их строй и широкий, и длинный. Они могут окружить нас до того, как мы узнаем об этом, давайте сделаем наш строй более тонким и удлиним наш фронт до того, как встретим их".

Ян ван Хеелу комментирует, что это было точно как рыцари ведут себя на турнирах. Там они продвигаются "тонко и широко", но это не хорошо для битвы. Раас из Гавера дал плохой совет, вызванный страхом окружения. Либрехт, лорд Дормааля был возмущен и закричал: "Гуще и плотнее! Гуще и плотнее! Пусть каждый сомкнется с соседом так тесно, как может! Так мы определенно добудем славу сегодня!" Тогда и богатый, и бедный закричали: "Сомкнемся! Теснее! Теснее!" И один из сержантов дал совет атаковать и убивать знатных прежде всего: "Как только любой подойдет к какому-нибудь знатному, пусть не уходит в сторону, пока не убьет (букв. "зарежет") его. Потому что, будь их армия так велика, что займет место отсюда до Кёльна, они проиграют битву, если их знать будет убита".

Некоторые из рыцарей архиепископской армии также были обеспокоены беспорядочным продвижением своих войск. Герман из Хаддемаля сказал графу Люксембургу: "Я хотел бы, чтобы наши войска были надлежащим образом построены. Потому что даже если мы справимся с брабантцами – а я в самом деле ожидаю, что мы справимся с этим – останутся наготове два других отряда, и у нас не будет защиты против них, поскольку все три наших полка уже образуют одно большое построение".

Сразу же начались стычки. У "архиепископцев" вперед выехало большое семейство Шаведриес, по меньшей мере 110 всадников, надеявшееся атаковать наследственных врагов из Лимбурга, находившихся в 13-й кампании брабантцев. Однако, не найдя их, они обрушились на Готфрида Брабантского, брата герцога, перейдя в галоп с воплями "На герцога! На герцога!", и смяли уступающих численно брабантцев. За Шаведриес бежала их пехота, всё еще оставаясь далеко позади.

Пошла рукопашная. Брабантское войско стояло в особенно плотном строю, рыцари и сквайры колено к колену, отдельные "знамена" старались помогать друг другу в случае особенно сильного напора на каком-то участке. Раненные и уставшие отходили из первого ряда назад, заменяясь бойцами из задних рядов. Отдышавшись, они возвращались в битву (кстати, все эти высказывания соответствуют определенным строчкам из "Рифмованной хроники", скажем, про смену уставших бойцов – стр. 5224-85).

Войска архиепископа, графов Люксембурга и Рейнальда Гелдернского образовывали единый фронт, более широкий, чем у брабантцев, и начали охватывать их с флангов, но большого вреда этим не причинили. Хеелу объясняет это тем, что обошедшая правый фланг герцогской армии часть гелдернцев устремились грабить брабантский лагерь и с богатой добычей покинула поле боя. В этот момент второй эшелон герцогской армии (графы Лооз и Юлих), наконец, вступил в бой и прикрыл правый фланг брабантцев. Брабантцы не обращали внимания на гелдернских мародеров, поскольку им был дан приказ не выходить из боя, не нарушать плотный боевой порядок и не брать пленных до конца сражения, и они строго выполняли его. Прибытие 2-го эшелона восстановило линию фронта и битва вновь усилилась.

Граф Люксембург хотел лично схватиться с герцогом Брабантским, но плотность боя была так велика, что он не мог до него добраться. Далее ван Хеелу описывает подвиги отдельных знаменных рыцарей, которые можно опустить. Граф Люксембург понес тяжелые потери, что побудило его предпринять новый отчаянный натиск. Его люди убили лошадь герцога Брабантского и лошадь его знаменосца, сам герцог был ранен Вальтером Вез, позже попавшим в плен к брабантцам. Когда брабантское знамя упало, брабантские трубачи, ранее непрерывно подбадривавшие свои войска, внезапно умолкли, боясь худшего. Но всадники Клаас из Оудена и Вальтер из Капеллена подняли его снова и критический для брабантцев момент прошел.

Герцог Жан смог пешком пробраться сквозь массу сражающихся всадников и позади ему дали новую лошадь. Собрав группу из 20 всадников, он вернулся в бой. Он совершил решительную атаку на знамя Люксембурга и повалил его. Граф Генрих Люксембургский лично поспешил на выручку знамени, но Меербеке, один из слуг Жана Брабантского, ранил его лошадь. Тем не менее, граф добрался до герцога Жана и попытался борцовским захватом сбросить его с коня. Для этого он встал в стременах, но это движение сделало его на какой-то момент беззащитным, и рыцарь Воутер ван ден Бисдомме убил графа Люксембурга.

Тем временем архиепископ Кёльна атаковал левый фланг брабантцев, где сражались лорд Ааршот и французские братья Сен-Поль, а затем и Годфрид Брабантский, брат геруога. Архиепископ лично бился с большой храбростью, как и его знаменосец Адольф Нассау, однако к 3 часам дня они стали понемногу отступать. В это время подоспел 3-й эшелон герцогской армии, рыцари и крестьяне графа Берга вместе с кёльнским бюргерским ополчением. Крестьяне Берга носили кожаные жакеты и железные шапочки, только у некоторых имелись нагрудные железные пластины; основным оружием были дубины с шипом (годендаги). Люди из Кёльна были лучше вооружены: некоторые имели кольчуги, остальные хауберки, у многих были мечи.

Крестьяне начали кричать свой боевой клич: "Хейя, Берге ромерике", но сперва им было не вполне ясно, кто друзья, а кто враги. Тогда брабантский всадник по имени Баттеле повел их в обход войск архиепископа Кёльна. Как только архиепископ увидел этих грубых крестьян позади, он сразу же захотел сдаться Годфриду Брабантскому, предпочитая такой плен перспективе попасть в руки своих сограждан. Однако земля была так загромождена трупами лошадей, что архиепископ не смог выполнить свое намерение и был вынужден сдаться Адольфу Бергскому, который сразу же увез его в свой замок Монхейм, пообещав герцогу брабантскому не отпускать архиепископа без его позволения.

Однако знамя архиепископа продолжало развеваться над полем боя, будучи установлено на специальной повозке, и вокруг него продолжали упорно сражаться. В конце концов эту твердыню взяли обычные пехотинцы без брони, с мечами и топорами, обычно не принимавшие непосредственного участия в сражениях. Тем временем крестьяне из Берга безжалостно резали рыцарей и их лошадей. Хотя они и были враги, хронист Ян ван Хеелу полагает, что "ужасная вещь", когда столь доблестные рыцари убиваются в спину низкородными крестьянами.

Дольше сражался граф Рейнальд из Гелдерна (только часть его войск ушла грабить брабантский лагерь). Наконец, граф Рейнальд был взят в плен брабантцами, хотя граф Лооз и пытался дать ему возможность бежать. Когда все уже казалось потерянным для архиепископской армии, граф Валькенбург смог собрать много гелдернских рыцарей и воинов из семьи Шаведриес, считавших бесчестным бежать с поля боя, и внезапно атаковал графов Юлиха и Лооза. Но, в конце концов, и этот отряд потерпел поражение. Сражение длилось с 9 ч. утра до 5 ч. вечера. Утомленные брабантцы остались на поле боя, поручив союзникам-немцам преследовать неприятеля. Немцы до темноты захватили довольно много пленных.

Однако от брабантского лагеря ничего не осталось, все телеги и палатки были похищены, и самому герцогу пришлось ночевать в убогой хижине. По Хеелу, было убито 1100 человек из архиепископской армии и только 40 брабантцев. Первая цифра кажется Вербрюггену завышенной, вторая – смехотворно низкой.

 

Заключение

 

Битва при Воррингене чрезвычайно важна, по мнению Вербрюггена, поскольку очень подробно описана (8948 строк рифмованной хроники). Хеелу лично видел битву и хорошо разбирался в военном деле. Однако не стоит забывать, что целью хроники Хеелу было прославление герцога Брабантского и его объективность находится под сомнением. Вербрюгген приводит строки из Хеелу, явно принижающие роль немецких союзников герцога и приписывающие ему основной вклад в победу.

Главной целью командиров кампаний было пробиться сквозь вражеские ряды, причем натиск обычно возглавлял сам командир или, иногда, знаменосец. Иногда это плохо заканчивалось: Воутер Бертхоут из Малина смог пробиться, но при нем остались только 1 рыцарь и 2 или 3 сержанта; на обратном пути его одолела более сильная группа неприятелей, он был серьезно ранен и позже умер. Хеелу пишет: "Если бы в этот момент сто человек пробились, как сделал он, герцог одержал бы победу на полдня раньше..." Он хвалит плотное построение брабантцев, не дающее врагу возможности пробиться сквозь их ряды. Особое значение уделяется знаменам.

Но вот данных о глубине строя у Хеелу нет, нет ни слова о каких-либо "клиньях". "Тесное" построение означает всего лишь тесное построение по фронту, колено к колену, но число шеренг едва ли превышало 4-5 (1-2 из тяжеловооруженных рыцарей и далее 3 ряда легких всадников).

 

Комментарий

 

При всем внешнем изобилии "Рифмованной хроники" Яна ван Хеелу картина создается хотя и красочная, но явно искаженная и с существенными пробелами и темными местами. В общем, скорее похоже на "Илиаду", чем на исторический источник как таковой.

Возможно, Вербрюггена прельстило, что в этой хронике очень явно говорится о том, что для рыцарей нормально было сражаться в плотном строю, а не индивидуально, и упоминаются атаки, причем неоднократные, сплоченных подразделений (вроде отряда Шаведриес). Это все подтверждает его концепцию, что рыцари сражались устойчивыми тактическими единицами. Эта хроника также подтверждает, что при сильном государе рыцари были способны проявлять дисциплинированность (брабантцы не бросились спасать свой лагерь и имущество, поскольку герцог им твердо приказал не разреживать строй и не прерывать основное сражение).

Однако все эти выводы можно было сделать и на основании других, более важных сражений. Например, прорывы и повторные атаки, равно как и взаимодействие сплоченных рыцарских отрядов просматриваются уже при сражении при Бувине в 1214 г. Достаточно и примеров способности сильных королей поддерживать жесткую дисциплину в рыцарском ополчении – Филипп IV Красивый во Франции, Эдуард I в Англии и т.д.

Впрочем, Ворринген ценен уже своей обычностью – в нем хорошо виден стандарт западноевропейских средневековых сражений. Основную роль играет конница, которая стандартно делится на 3 полка. Каждый полк состоит из отрядов от нескольких десятков до сотни всадников, сражающихся в плотном строю, способных как смыкаться в общую полковую массу, так и размыкаться. Впереди сражаются рыцари, сзади легковооруженные сквайры и сержанты; уставшие отходят назад, а потом возвращаются в бой (иногда сразу сборными группами, человек в 20).

Два основных приема: либо прорыв с разбега плотным строем через вражескую линию с последующим разворотом и ударом в тыл, либо охват с фланга за счет удлинения строя. Второй прием более рискованный, так как растянутый строй может быть прорван противником. Исключительно важную роль играет знамя как ориентир для воинов, образующих около него строй; падение знамени – символ поражения и может привести к общему бегству. Важны и сигналы труб или рогов, не дающие слишком увлечься индивидуальным боем и оторваться от основного отряда, вовремя собраться после прорыва или преследования и восстановить строй для новой атаки. Примечательно, что сам вождь и в конце 13 века сражается как простой воин, а тактическое командование передоверяет специальному заместителю.

Публикация:
XLegio © 2001