ХLegio 2.0 / Армии древности / Дисскуссии, рецензии / Рецензия на J.E. Lendon. Soldiers and Ghosts: A History of Battle in Classical Antiquity

Рецензия на J.E. Lendon. Soldiers and Ghosts: A History of Battle in Classical Antiquity

А.К. Нефёдкин

Рецензия на: Lendon J.E. Soldiers and Ghosts: A History of Battle in Classical Antiquity. New Haven - London: Yale University Press, 2005. 468 p., 31 ill., 10 maps.


“Воины и призраки” является первой отдельной монографией, посвященной военному делу античности, которую написал уже достаточно известный американский историк из Университета Вирджинии Джон Лендон1. Монография обладает четкой продуманной структурой: она начинается «Прологом» (с. 1–4) и «Введением» (c. 5–13), затем идет основное содержание, делящееся на две практически равные части: «Греки» (с. 15–161) и «Римляне» (с. 163–315), а завершается ― вспомогательными частями: хронологической таблицей греческой и римской военной истории (с. 321–330), списком сокращений (с. 331–333), обширными примечаниями (с. 335–387), небольшим, но полезным глоссарием античных военных терминов (с. 389–392), аннотированным списком литературы, главным образом англоязычной, располагаемой в соответствии с содержанием книги, а не по алфавиту, с очень емкими дискуссиоными замечаниями автора (с. 393–440), а также индексом имен собственных, географических названий и военных терминов (с. 441–468).

В коротком «Прологе» автор, приближая повествование к современному, в первую очередь американскому, читателю, рассказывает о новейших ритуалах войны, в частности о традиции американской морской пехоты забирать с собой тела погибших товарищей. От наших дней автор перебрасывает мостик к античной Греции, где забота о погибших также была важнейшей стороной войны. Во «Введении» Дж. Лендон уже конкретно ставит задачу работы: исследовать механизмы технологического прогресса в древнем сухопутном военном деле, который шел очень медленно, и воин, снабженный оружием V в. до н. э., вполне мог участвовать в битвах V в. н.э., то есть за это время изменений произошло меньше, чем за период с 1910 по 1950 г. (с. 8–9). Вместе с тем, древние осознавали ход прогресса, но особенностью их ментальности было тем не менее стремление использовать старые испытанные методы и средства, что является разительным отличием от современности (с. 11).

По традиции, существовавшей еще в XIX в., автор начинает свое повествование не с крито-микенской, а с гомеровской Греции (с. 20–37). Дж. Лендон описывает способы сражения героев «Илиады», базируюсь главным образом на работах голландского антиковеда Х. ван Вееса, но при этом делая акцент на агональном духе сражающихся. Рассматривая общество, запечатленное в «Илиаде», автор полагает, что в основе его лежало представление поэтов о далеком прошлом с элементами микенского прошлого (с. 21), хотя можно было бы указать, что основной блок сведений поэмы принадлежит примерно IX в. до н. э., то есть не столь далекому прошлому Гомера2. Заслуживает поддержки меткое сопоставление автором способа боя, описанного в «Илиаде» с тактикой более поздних пельтастов (с. 158).

Далее Дж. Лендон рассматривает проблемы греческого военного дела, выделяя какое-нибудь событие, позволяющее ему полнее раскрыть тему: появление фаланги автор относит примерно к 500 г. до н. э., когда гоплиты перестали использовать метательное оружие (ср. с. 156), а для примера приводит более раннюю битву при Фирее между спартанцами и аргивянами (ок. 550 г. до н. э.) (с. 39–57); битвы при Фермопилах и Платеях представляют эпоху сложившейся фаланги (с. 58–77); сражение при Делии (424 г. до н. э.) показано как пример руководства войсками и хитрости, использованной в ходе боевых действий (с. 78–90); роль пельтасов в военном деле начала IV в. до н. э. рассмотрена на примере битвы при Лехее (390 г. до н. э.); военные построения конницы показывает фессалийская кавалерия Ясона Ферского, а значение военного тренинга спартанцев ― битва при Левктрах (371 г. до н. э.) (с. 91–114). Дух агона, выводимый автором из гомеровского эпоса, способствовал поддержанию дисциплины у спартанцев, а в последние десятилетия IV в. до н. э. ― распространению у греков военной тренировки (с. 157–158).

Переходя к эллинистической эпохе, автор выделяет роль гомеровского эпоса и героического агонального этоса в македонском военном деле, особенно его роли в руководстве войсками. Из всех сражений Александра Великого Дж. Лендон акцентирует внимание читателя лишь на битве при Иссе, в которой особую роль играли маневры (333 г. до н. э.) (с. 115–139). Военное дело эллинизма рассмотрено автором лишь на примере хорошо известных битв между Эвменом и Антигоном при Паретакене (317 г. до н. э.) и Габиене (316 г. до н. э.), остальной эпохе, изобиловавшей военными событиями, посвящено лишь полторы страницы в конце главы (с. 140–155).

В сжатом «Заключении» к первой части книги автор еще раз повторяет важнейшие выводы, подчеркивая, что прогресс в военном деле греков протекал очень медленно в доэллинистическую эпоху и его роль была невелика, а значение гомеровского эпоса, наоборот, очень важно. Поэтому о вдохновляющей роли эпоса можно говорить не только для вазописи или скульптуры, но и для военного искусства. Причем на море, по мнению автора, господствовали более или менее современные способы боя, так как в эпосе морские баталии не были представлены и стереотип последнего тут не действовал (с. 156–161).

Во второй части книги, «Римляне», Дж. Лендон сначала дает общий сжатый обзор военной истории: от войн с италиками и Пирром, через борьбу с Карфагеном и эллинистическими монархиями к войнам с парфянами и германцами. До 338 г. до н. э. автор находит у римлян явное преимущество в борьбе с италиками, хотя экспансия продвигалась медленно, а после ― быстрое завоевание, которое базировалось на преимуществах в финальных сражениях, хотя в ходе самих кампаний было немало и поражений, которых со временем становилось все же меньше. В период принципата предел завоеваниям поставил географический, а не человеческий фактор. Сами римляне выигрывали из-за благоволения Фортуны не больше, чем другие народы, но победы обеспечивались их дисциплиной и ― главное — стойким психологическим фактором (с. 163–171). Глава «Раннее римское военное дело» рассматривает роль поединков и влияние доблести-virtus в римских битвах IV в. до н. э., которые играли несоизмеримо большую роль, нежели в греческом военном деле, а также способ действия манипулярного легиона в III–II вв. до н. э. (с. 172–192). Разбирая битву при Пидне (168 г. до н. э.), автор указывает, что Эмилий Павел, будучи опытным полководцем, казалось бы, нелогично атаковал македонскую фалангу по фронту именно вследствие традиционной римской военной ментальности, инспирируемой духом virtus. При этом Дж. Лендон справедливо отмечает, что греческое военное дело, как составная часть процесса эллинизации Рима, влияло на римское, что выражалось, в частности, в заимствовании вооружения всадников, использовании критских лучников и боевых слонов (с. 193–211). Способ действия римской армии Цезаря показан на примере осады Герговии в 52 г. до н. э., а тактика когортального легиона ― на примере битвы при Илерде в 49 г. до н. э. (с. 212–232). Как воевала римская армия эпохи ранней империи, мы наблюдаем в ходе кампании в Иудее в 67–70 гг. (с. 233–260), а позднеримскую армию и ее строй-фалангу ― на примере битвы при Аргенторате (357 г.) и персидской кампании Юлиана (363 г.) (с. 260–309).

В «Заключении» ко второй части Дж. Лендон обращается к ходу технического прогресса в военном деле римлян, который привел к постепенной замене манупилярного легиона на когортальный, при сосуществовании обоих видов построения в течение полувека, а позднее, к IV в. н. э., к появлению фалангообразного построения, возникшего, как, думает автор, под влиянием греческой военной мысли (с. 310–313). В целом, греки и римляне руководствовались прошлым в военном деле: греки ― своим богатым эпосом, а римляне ― героическими традициями доблести и дисциплины, которые со временем утрачивались римлянами, но становилась более важными для эллинов. Подражание играло в античности большую роль не только в литературе, но и в военном деле. В античных армиях существовал культ прошлого, культ соревнования, тренировки и дисциплины, и те армии, в которых это все сосуществовало, были лучшими в античном мире ― спартанская, македонская и римская (с. 313–315). Отсюда становиться ясным старанное, на первый взгляд, название книги «Воины и призраки (духи)», то есть воины и прошлое, героический дух предков.

Рассматривая книгу в целом, нужно отметить, что монография, как и любая большая работа, не свободна от недочетов. Нельзя согласиться с утверждениями автора, что микенцы не знали верховой езды (с. 15). Судя по терракотам, изображающим всадников, ― знали3. Не римляне ввели использование пилума (с. 8) - этруски использовали его несколько раньше: судя по археологическим данным, еще в V–IV вв. до н. э., что подтверждается и античной традицией (Plin. NH. VII. 201)4. Полевая метательная артиллерия стала применяться не в конце IV в. до н. э. (с. 8), а уже в середине этого столетия (Polyaen. II. 38. 2). Кольчуга появилась не около 300 г. до н. э. (с. 8), а, по крайней мере, на полстолетия раньше, как можно судить по находкам из Дании5. Спорным выглядит утверждение автора, следующего за сообщением Плутарха (Pelop. 18.2) о том, что фиванец Паммен, организуя Священный отряд, руководствовался лишь указанием Нестора в «Илиаде» (II. 362–363) о построении вместе воинов одного племени (с. 159–160) ― это было общей военной практикой в различные периоды истории. Однако нужно заметить, что данные мелкие недостатки нисколько не умаляют общего положительного впечатления о книге.

Говоря о достоинствах книги, к ним нужно, бесспорно, отнести и ее стиль ― скорее публицистический, нежели сухой научный, подчас с элементами детективной истории (как попала в британский священный колодец шайба от катапульты ? ― с. 5–7), с постоянными сопоставлениями с современным военным делом, что, впрочем, характерно для нового метода исследования военного дела, так называемого «face of battle». Стиль позволяет автору рекомендовать свою книгу не только специалистам, но и просто всем интересующимся данным сюжетом (с. 317). Однако, несмотря на казалось бы научно-популярный жанр работы, ссылки, для удобства читателя помещенные в конце, всесторонне рассматривающие проблематику, придают изданию академическую солидность.

Полезны и иллюстрации, размещенные в тексте книге, которые представляют как оригинально исполненные художником С. Кимом схематичные, но весьма наглядные изображения боевых порядков, так и фотографии достаточно известных произведений античного искусства. Причем можно отметить, что римская часть книги снабжена большим количеством иллюстративного материала.

В целом, следует сказать, что Дж. Лендон показал греческое и римское военное дело не только с точки зрения истории развития стратегии и тактики, но и культуры, то есть саму книгу по существу можно назвать историей военной культуры античности.





1 См., например: Lendon J. Empire of Honour: The Art of Government in the Roman World. Oxf., 1997; Idem. The Rhetoric of Combat: Greek Theory and Roman Culture in Julius Caesar's Battle Descriptions // Classical Antiquity. 1999. 18. P. 273-329.

2 Андреев Ю. В. Об историзме гомеровского эпоса  // ВДИ. 1984. № 4. С. 10.

3 Hood M. S. F. A Mycenaean Cavalryman // BSA. 1953. 48. P. 84–93.

4 Schulten A. Pilum // RE. 1950. Bd. XX. Hbbd. 40. Sp. 1348–1349.

5 Jensen J. The Hjortspring Boat Reconstructed // Antiquity. 1989. 63. 240. P. 533, 535.

Публикация:
Вестник древней истории. №2, 2009, стр. 219–221